Главная » Статьи » Литература » Алёшкин Пётр

П.Алёшкин. Во глубине сибирских руд...


               Во глубине сибирских руд...





Поразил меня во время верстки рукописи моей супруги «Добрый ангел Достоевского» ещё один факт.
Все мы помним со школы стихотворение Пушкина, посланное декабристам в Сибирь:
Во глубине сибирских руд
Храните гордое терпенье,
Не пропадет ваш скорбный труд
И дум высокое стремленье…
Я, как и многие другие, думаю, считал, что осужденные на каторжные работы декабристы работали в рудниках, в мрачном подземелье, как говорится в стихотворении.
Мне приходилось работать в Сибири, строил там в юности по комсомольской путевке железную дорогу «Сургут-Уренгой». Приходилось в сорокоградусный мороз кувалдой забивать в шпалы толстенные костыли, телогрейка от пота в мороз насквозь промокала, становилась колом. Это была не каторга, это была для нас обычная повседневная работа. А что же тогда делали каторжане?
Из рукописи Тани я узнал, что, оказывается, каторжан-декабристов никто ни дня не заставлял работать. Они там жили, как, например, сейчас живут в лагерях отдыха, сначала в Чите, а потом в Петровском заводе. Понятно, какие ассоциации вызывает у нас слово «завод», но это не так. К заводу по нашим понятиям это не имеет никакого отношения. Петровский завод был построен в тайге и представлял собой большой дом, крепость со многими комнатами, в которых декабристы жили по четыре-пять человек. Да их охраняли, они были ограничены в свободе, не могли переписываться с родными. За них это делали жены декабристов, а потом передавали письма адресатам.
- А что же делали декабристы повседневно? – спросите вы. – Как они проводили время?
Это они сами рассказали в своих мемуарах. Если в двух словах, то много читали, беседовали друг с другом, занимались в кружках по интересам, выращивали в саду цветы. Кюхельбекер любил выращивать огурцы. У кого были жены, общались с женами. Фонвизина родила своему генералу двух детей на каторге, но оба умерли до годика.
Однажды декабристов пытались заставить работать, чтоб не скучали. Дали им норму в день молоть зерно, намолоть муки какое-то мизерное количество, пуда два, кажется, но они наняли двух мужиков за деньги и те мололи эту норму часа за два.
Декабристы выписывали иностранные журналы и книги. Было несколько кружков: литературный, богословский, математический и т.д., была своя Академия.
Два примера из мемуаров самих декабристов:
Из «Записок» Н.И. Лорера:
«Между нами устроилась академия, и условием её было: все, написанное нашими, читать в собрании для обсуждения. Так, при открытии нашей каторжной академии Николай Бестужев, брат Марлинского, прочитал нам историю русского флота, брат его, Михаил Марлинский, (ставший известным писателем) прочел две повести, Торсон - плавание свое вокруг света и систему наших финансов, опровергая запретительную систему Канкрина и доказывая её гибельное влияние на Россию. Розен в одно из заседаний прочел нам перевод Stunden der Andacht (часы молитвы), Александр Одоевский, главный наш поэт, прочел стихи, посвященные Никите Муравьеву как президенту Северного общества. Корнилович прочел нам разыскание о русской старине, Бобрищев-Пушкин тешил нас своими прекрасными баснями».
Другое направление работы академии «образовательное».
Рассказ декабриста А.Ф. Фролова:
«В среде наших товарищей были люди высокообразованные, действительно ученые, а не желавшие называться только такими, и им-то мы были обязаны, что время заточения обратилось в лучшее, счастливейшее время всей жизни. Некоторые, обладая обширными специальными знаниями, охотно делились ими с желающими. Не могу отказать себе в удовольствии назвать тех дорогих соузников, которые, делясь своими знаниями, своим искусством, не только учили, доставляли удовольствие, но и были спасителями от всех пороков, свойственных тюрьме. Никита Михайлович Муравьев, обладавший огромной коллекцией прекрасно исполненных планов и карт, читал по ним лекции военной истории и стратегии. П.С. Бобрищев-Пушкин - высшую и прикладную математику. А.И. Одоевский - историю русской литературы. Ф.Б. Вольф - химию, физику и анатомию. Спиридов - свои записки (истории средних веков) и многие другие как свои собственные, так и переводные статьи».

Гостиная в доме ссыльного декабриста в Тобольске. Неизвестный художник-дилетант первой половины XIX века (Фото предоставлено М. Золотаревым)


Как видите, кое кто из декабристов посчитал каторгу «лучшим, счастливейшим временем всей жизни».
Некоторые декабристы не любили сидеть без дела, я их понимаю, осваивали рабочие профессии. Например, Бобрищев-Пушкин, самый сильный математик, по мнению каторжан, освоил портняжное дело, стал портным, был и плотником, потом по журналам-книгам освоил медицину, стал врачом-гомеопатом, лечил друзей, а потом на поселении стал лечить местное население. Братья Бестужевы тоже, как пишут, были рукастые, не любили сидеть без дела.
Вот такая была каторга! А я этого не знал. Оказывается это я всю свою молодость провел на каторге, то строил газопровод «Средняя Азия-Центр», то железную дорогу «Сургут-Уренгой», то собирал на конвейере вручную трактора.

Возможно, это черно-белое изображение (один или несколько человек)Нет описания фото.


Как видите на репродукции картины, как художник, как и я, представлял каторгу декабристов.





Выпуск декабрь 2021


                      Copyright PostKlau © 2021


Категория: Алёшкин Пётр | Добавил: museyra (18.11.2021)
Просмотров: 28 | Теги: Алёшкин Пётр, СТОИТ ВСПОМНИТЬ | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *: