Главная » Статьи » Литература » Фитц Александр

Александр Фитц. ПАРНАС АМБИЦИЙ

 Александр Фитц . «Парнас амбиций»

 Премии оптом и в розницу

Чего в последнее время мне только не предлагали! Кто только не пытался меня осчастливить! Например, кастрюлей, которая, если готовить в ней борщ, поможет сберечь столько электроэнергии, что в конце года это мне заплатят, а не я за пользование электричеством. Или сковородку, на которой, во-первых, без всякого масла жаришь что угодно, а во-вторых, приготовленные на ней продукты лучше любых диет и медикаментов стабилизируют содержание холестерина в организме.

Ещё мне предлагали купить матрас, повышающий половую потенцию, одеяло, предотвращающее образование раковых клеток, подушку, улучшающую рост волос на голове. Ну а «вечные» тюбики с зубной пастой, очки, помогающие уберечься от сглаза, и прочие подобные вещи и вспоминать не буду.

Как-то почтой мне пришло письмо, из которого я узнал, что выиграл в лотерею и награждён бесплатной путёвкой в четырёхзвездный отель на Мальте. В этом же письме перечислялась масса прелестей и сюрпризов, которые меня там ожидают, и объяснялось, каким образом я выиграл в эту самую лотерею, в которой не участвовал. Оказывается, мои имя и адрес (и не только мои!) устроители взяли в телефонной книге, причём наугад. Затем в присутствии очень уважаемых и бесконечно честных людей (должности, звания и фамилии перечислялись) провели розыгрыш лотереи. Менее удачливые выиграли водные лыжи, надувные матрацы, пляжные полотенца, ну а счастливчики вроде меня – недельный отдых в отеле.

Сказать, что я обрадовался, значит ничего не сказать. Прибавьте к этому, что в Германии на тот момент я жил второй год и поэтому ни подвоха, ни потаённого смысла в этом письме не усмотрел.

Естественно, неожиданной радостью я поспешил поделиться с приятелями, и один из них, грустно усмехнувшись, сказал: «А я был на этом рыцарском острове. Тоже по лотерее. Действительно, полёт туда бесплатный. Но только в одну сторону, а вот обратно стоит дороже, чем кругосветное путешествие. А других рейсов, точнее билетов на самолёты, нет. Так что дешевле в пятизвёздочном три недели и полностью за свой счёт, чем у них по лотерее бесплатно семь дней».

Почему я об этом всём вспомнил? А потому, что днями электронной почтой получил сообщение, что стал лауреатом литературного конкурса «Лучшая книга-2009», и в номинации «Публицистика: исследовательское начало, злободневность тематики, произведения, посвящённые актуальным общественно-политическим вопросам и текущей жизни общества» мне присуждено третье место.

Кроме этой номинации со столь необычным названием, там была масса других. И человек сорок победителей, из которых к литературе имели отношения от силы два-три, ну а остальные, как говорится, баловались ею от хронического безделья, то есть печатали книжки за свой счёт, а потом одолевали знакомых просьбами купить их. Устроила этот конкурс некая библиотека-фонд, носящая имя некого литератора, живущего в Берлине. Ничего плохого в этом нет, а вот странное есть. Дело в том, что две первые премии в номинации «Публицистика: поиск коммунистического зла; тираны-вожди и последствия их тоталитарной идеологии», а также в номинации «Малая проза: мемуары о судьбе российских немцев – депортация и трудармия», были присуждены как раз тому литератору, чьё имя носит фонд. Кроме того, его удостоили «Похвального листа» за внеконкурсное участие в номинации «Крупная проза: захватывающая авантюрно-приключенческая трилогия в девяти томах». Это не описка, так сказано в официальном решении жюри. Короче, если захотите участвовать, то с восемью томами приключенческой трилогии лучше не пытайтесь – только с девятью.

А ещё этот литератор был отмечен «Похвальным листом» в номинации «Лучшая книга продуктивного автора, написавшего и издавшего более 2-х книг, – с точки зрения оформления». Что это такое, кроме разве «продуктивности», служащей критерием в классификации свиноматок, я не понял. Не менее загадочно, каким образом активисты этого конкурса, словно ксёндзы, охмурявшие в «Золотом телёнке» Козлевича, охмурили-таки престарелого берлинского литератора? За что? Ради чего? Но не в этом суть. Признайтесь, как бы вы, уважаемый читатель, отнеслись к тому, что при жизни, допустим, Максима Горького буревестника революции наградили премией, носящей его имя? Или Владимира Маяковского – премией Маяковского. Знаю, знаю, в годы их здравствования таких премий не было, а вот Сталинская была, и представьте, что ею взяли и наградили Иосифа Виссарионовича. Представили? Вывод ваш верен – это уже не культ личности, а кое-что связанное с медициной. И вот меня в эту медицину с психиатрическим уклоном взяли да и вляпали.

Звоню знакомому, на чью фамилию наткнулся в сонме лауреатов.

– Понимаешь, – говорит он, – я тоже не участвовал в этом конкурсе и сам удивлён.

– Понятно. А ради чего они его устраивают? Кто их уполномочил?

– Ты же читал, что «авторам будут вручены памятные фотоколлажи». Вот в этом и смысл. У председателя жюри конкурса муж – фотограф, но безработный. Он делает отличные фотографии, которые, в принципе, недорого стоят. Их можно друзьям дарить, на сайте разместить, ну и так далее.

– А что на этих снимках?

– Ну, например, ты и твои книги. Или ты и твои читатели. Короче, разное. Ты ж понимаешь, кризис, нужно выживать, вот они и придумали как.

– Получается, я должен купить этот фотоколлаж?

– Естественно. Ведь в этом-то и весь фокус.

Поблагодарив за информацию, я не мешкая отправил письмо председателю жюри, в котором сообщил, что в конкурсе не участвовал и участвовать не собирался, и поэтому убедительно прошу изъять моё имя из списка лауреатов и оповестить об этом всех, кому были отправлены письма с его итогами. Председатель ответила в том смысле, что иного от меня и не ожидала и даже догадывалась, что я заартачусь, но так и быть – письма о «вкравшейся ошибке» она разошлёт.

Не успел я перевести дух, как обрушилась следующая напасть. С периодичностью один звонок в три дня меня стали одолевать в основном поэты с предложением приобрести у них сборник стихотворений. Все мои мягкие отнекивания, типа «поэзией не очень интересуюсь», на них не действовали.

– Ну вы же тоже пишете, – наседал звонящий, – а я лауреат международного фестиваля поэтов. Социальное пособие, как знаете, не увеличивают, а сборник я выпустил за свои деньги. Мне же отбить их нужно, чтобы в следующем конкурсе участвовать.

– А вы не участвуйте, – говорил я.

– Как не участвуйте?! – возмущался поэт. – Мои стихи все хвалят, особенно устроители конкурса и сестра жены. Я их вам сейчас почитаю…

– Ни в коем случае, – прерывал я его. – Я уже ухожу, так как опаздываю на работу.

– Ах, вы работаете, а я думал – только пишете. И наверное, деньги получаете?

– Естественно.

– Тогда два, нет – три сборника купите, а ещё календарь с фотографиями моей внучки. Он отмечен поощрительным дипломом на всеевропейском конкурсе короткого рассказа.

– Но вы же сказали фотоальбом…

– Правильно. Просто фотография с одной стороны листа, а рассказ – с другой.

– Скажите, где проводился этот конкурс?

– Как где?! Конечно, в Мюнхене. Но такие и в других городах проводят. В Дюссельдорфе, например, в Штутгарте… Но вы у них не покупайте.

– Я и у вас не куплю, – разочаровывал я поэта-фотографа.

– Почему?

– Я уже объяснял.

– А раскрыть секрет можете?

– Смотря какой.

– Как вы свои книжки продаёте?

– А уж это, дружище, – придав голосу таинственность, отвечал я, – не мой секрет, а издательский. Поэтому наберитесь упорства и постарайтесь выбить из них эту тайну.

– Из вашего издательства?

– Нет, из того, которое вашу книгу издало и наверняка отпечатало дополнительный тираж и стихов, и календарей, о котором вы не знаете.

– Вы уверены?

– Не сомневаюсь. Они ж даже сестре вашей жены понравились.

– Понятно, – вздохнул поэт и повесил трубку.

А днями, поделившись с коллегой-журналистом этой неожиданной литературной напастью, услышал, что «сегодня на графоманах не так, чтобы очень, но детишкам на молочишко заработать можно. Правда, конкуренция. Хотя, где её нет?..»

Поэтому ни на продавцов кастрюлей, сковородок и подушек, ни на устроителей литературных конкурсов, тем более на поэтов, я не в обиде. Ведь без них, как справедливо заметил коллега-журналист, наша жизнь была бы скучной и пресной, словно ужин диабетика.

                   Девичий скромный альбомчик

В 1994 году правительство земли Баден-Вюртемберг учредило специальную премию в области культуры для российских немцев и банатских швабов (немцев из Румынии), поочерёдно, раз в два года, вручаемую «за выдающиеся заслуги в области литературы, музыки и изобразительного искусства». А также за то, что они достойно представляют культурную традицию своих национальных меньшинств как в самой Германии, так и в районах прежнего компактного проживания. Награда, кроме дипломов, предусматривает три денежные премии: первую в размере пяти тысяч евро и две вторые – по две тысячи евро.

Это, так сказать, преамбула истории, заставившая меня вспомнить детство. Так вот, в ту далёкую пору у моих одноклассниц и вообще многих, если не большинства девиц был в чести обычай вести так называемые рукописные «девичьи альбомы» (не путать с «дембельскими»). В основном записывали они в них слова песен. Но не только: ещё записывали цитаты из классиков (в самом причудливом сочетании и самом прихотливом начертании), лозунги и девизы типа «не люби двух сразу», приметы и прочие финтифлюшки. Всё это было по мере способностей и вкусов обладательницы разукрашено нарисованными или вырезанными розочками, голубками и проч., проч. Встречались в этих альбомах также анкеты («твоё любимое имя, заветное желание» и так далее). В них вклеивали фотографии популярных актёров и записывали приблизительно такие вот стихи:

Учи, подруга, химию, она тебе важна.

При поцелуе с мальчиком реакция нужна!

     Или:

Желаю с лестницы свалиться,

Желаю выпрыгнуть в окно,

Желаю в мальчика влюбиться

И выйти замуж за него!

     А ещё:

Знай, что дважды два – четыре.

Знай, что кружится земля.

Знай, что есть любовь на свете.

Знай, что я люблю тебя!

 

Эти и подобные строки, а особо – серьёзно-загадочный вид моих одноклассниц, с которым они, демонстративно таясь, а на самом деле всячески привлекая посторонние взгляды и внимание, читали друг дружке альбомы на переменах, очень меня забавлял. А ещё раззадоривал. И вот окончательно раззадорившись, я взял и выступил на городском фестивале молодых музыкантов, певцов и чтецов (в пору моей юности таковые устраивались) с шуточным, как было объявлено, а на самом деле достаточно ехидным «Дневником одноклассницы». Сюжет этого моего произведения был весьма прост: безумная любовь, коварное предательство и жуткая кара, постигающая изменника, плюс несколько советов и сентенций. Ну а составлен он был исключительно из строф-штампов, которые я надёргал из дневников подружек.

Успех, помню, был оглушительный. Но и последствия – тоже. Вплоть до проработки в отделе культуры горкома комсомола. Ну а о реакции одноклассниц и вообще романтически настроенных девушек и говорить не буду. Доступ к их дневникам был мне заказан надолго. Благо в то время я более увлекался волейболом и спортсменками.

Прошли десятилетия, и вдруг с удивлением узнаю, что «девичий альбом» жив и активно здравствует. Правда, теперь это не рукописная общая тетрадка в коленкоровой обложечке, а настоящая книга, выпущенная типографским способом. И ещё одно отличие: в новых «дневниках одноклассниц» напрочь отсутствуют чужие мысли, слова, рифмы. Всё, как говорится, своё, родное, посконное. Да, чуть не забыл: резко возросли тиражи. Если в пору моей юности они изготавливались в единственном экземпляре, то теперь их количество достигает порой двухсот и даже более экземпляров. К девушкам, что раньше было редкостью, присоединились юноши. А присоединившись, стали объединяться в союзы, которые почему-то именуют писательскими.

Следующая особенность, на которую обратил внимание: подавляющее большинство членов этих союзов составляют люди, общественно полезным трудом не занятые. Хотя, конечно, бывают исключения. И наконец последнее: в основном любители альбомной лирики, плоского юмора и коряво-квадратной прозы на русском языке, обитают не в России, что было бы естественным, а в Германии, Израиле и ещё в США. Ну, с этим феноменом пусть разбираются социологи, а я озадачился совсем другим и совсем недавно.

22 октября 2010 года в Штутгарте были объявлены имена и вручены дипломы специально учреждённой правительством Баден-Вюртемберга премии для российских немцев в области культуры. На этот раз отметили литераторов, а если конкретно, то трёх дам. Имена неважны. И не потому, что широкому читателю они мало что скажут, а потому, что их труды на полках книжных магазинов никогда не присутствовали. Исключая разве что повесть одной из лауреаток, но о ней речь особая и позже.

Итак, первую премию присудили автору монографии, то есть докторской диссертации «Жанр и этническая картина мира в поэзии российских немцев второй половины XX – начала XXI вв.», выпущенной в Германии. Обычному человеку прочесть этот увесистый труд, написанный достаточно сухим языком, каковым в основном и пишутся кандидатско-докторские, достаточно сложно.

Хотя для узких специалистов интерес она, может быть, и представит. Главное, чтоб они о ней узнали.

Второй премией была отмечена автор поэзии, которую смело можно отнести к классике «девичье-альбомной лирики». Правда, с рифмой у неё не всё ладится, но это, как объяснили, новое направление. Верлибр называется. Что-то вроде потока сознания. И ещё знаменита она тем, что долгие годы возглавляла литературное объединение российских немцев, объединившее несколько десятков любителей «девичьего альбома» обоих полов.

Но удивила меня не награда за вышеперечисленные заслуги, а то, каким образом члены комиссии смогли оценить творческие достижения этих двух лауреатов. Ведь из семи членов жюри русским языком владеют только трое, а работы, о которых идёт речь, написаны по-русски. Как же они их читали? По какой шкале оценивали? Конечно, можно предположить, что специально к конкурсу русский язык освоили. Но тогда и их ведь нужно чем-то наградить. За усердие, прилежание, гениальность…

И наконец, ещё одна работа, отмеченная второй премией, написана и опубликована на немецком языке. Здесь, как говорится, всё о’кей. Настораживает другое: её автор ни малейшего отношения к российским немцам не имеет. Более того, саму повесть к теме и проблемам российских немцев притянуть если и можно, то с огромным напряжением. Достаточно сказать, что «Землячество немцев из России» упорно в ней именуется «Землячеством русских в Германии». Скорее это рассказ о русских, эмигрировавших в Германию, но никак не о российских немцах, возвратившихся на родину предков. Да и представлены они в ней в каком-то гротескном, негативном свете, что лично меня особо не воодушевило. Допускаю, что для местных немцев описываемые в повести события и неадекватное, на мой взгляд, поведение героев выглядит естественным и даже забавным, но при чём, в таком случае, премия, вручаемая российским немцам «за достойное представление их культурной традиции»?

И всё же ни к членам жюри, ни тем более к лауреатам у меня претензий нет и быть не может. Объясняю: первые оценивали то, что им представили, а вторые, убеждён, отправили на конкурс лучшее из того, что у них есть.

Но действительно ли то, что оценивали в Штутгарте, является лучшим из созданного российско-немецкими литераторами? Вот в чём вопрос. И ответить на него не так просто.

Причины отсутствия в числе конкурсантов многих действительно талантливых и известных писателей из российских немцев я склонен усматривать в некой «келейности» организации этого конкурса. По крайней мере, ни одна общественная организация российских немцев, включая правление и актив землячества, особо его не пропагандировали. Ни в этом, ни в минувшие годы. Достаточно сказать, что все лауреаты, отмеченные премиями, были выдвинуты издательствами, выпустившими их книги, но ничего не сделавшими и не делающими для продвижения их на читательский рынок. А почему, допустим, не Всегерманским интеграционным Советом российских немцев или Литературным объединением немцев из России, или земельными организациями землячества? Таких организаций в Германии можно набрать несколько десятков. При желании, естественно. Но оно, желание, видимо, отсутствует. А может, не выдвигали из опасения, что в числе конкурсантов окажется неудобный автор, пишущий неудобные повести, рассказы, публицистические статьи на неудобные темы? И получается, что литературные премии российским немцам присуждают не за творческие успехи, а скорее за благонамеренность, правильную политическую ориентацию и одобрительное молчание?

Признаюсь, для меня так и остаётся загадкой и никак не могу получить я ответ на вопрос: почему ни одна(выделено авт.) общественная организация российских немцев до сих пор так и не выдвинула на столь престижную премию литераторов, покинувших этот мир, но чьи имена навсегда сохранятся в наших сердцах? Тех, кто в самые тяжкие времена тотальных запретов и притеснений, по сути, сберёг литературу российских немцев. У многих, надеюсь, есть свой список достойных. Есть он и у меня: Нелли Ваккер, Вольдемар Гердт, Доминик Гольман, Виктор Шнитке, Герберт Генке … Этот список, естественно, можно дополнить, скорректировать. Ну а деньги, выделяемые лауреатам на премии, я предлагал и продолжаю предлагать в неоднократных разговорах с руководителями Землячества, людьми, ведающими культурой российских немцев употребить на издание добротной книги, в которую бы вошли произведения названных авторов. Ведь это действительно большая литература, которой мы можем и должны гордиться. Которая действительно в состоянии рассказать местным немцам и нашим детям правду о нас и нашей судьбе. Так в чём же дело?

А почему на этот конкурс не представить произведения литераторов (дай Бог им долгих лет!), которые ещё живы и которые, убеждён, того более чем достойны? Например, Норы Пфеффер, Гуго Вормсбехера, Венделина Мангольда, Иоганна Варкентина,    Константина Эрлиха… Почему бы взять и не выдвинуть их всех вместе, а потом не выпустить коллективный сборник? Ах, то, что они писали, пишут и говорят, не очень нравится властям… Или я снова ошибаюсь и причина в ином? В чём, поясните. Только не нужно, пожалуйста, объяснять, что авторы должны сами себя представлять и лоббировать. Эти как раз не должны. Это обязаны сделать, к примеру,   сотрудники общественных организаций,  субсидируемые  из  госбюджета и вроде бы занимающиеся историей и культурой российских немцев. Но вместо этого они продолжают лоббировать интересы очень странной организации – Международного союза немецкой культуры, который почему-то находится в Москве.

Вот, пожалуй, и всё, что я хотел сказать, узнав о подведении итогов литературного конкурса в Штутгарте. Ну а в заключение поздравлю лауреатов и искренне пожелаю, чтобы их книги нашли своих читателей. Ведь для человека пишущего это как раз и есть  главная награда и главная оценка его творчества.

Категория: Фитц Александр | Добавил: museyra (25.02.2014)
Просмотров: 805 | Теги: литература | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *: