Главная » Статьи » РАССКАЗЫ ХУДОЖНИКОВ » Гаянэ Добровольская

Г.Добровольская. За кулисами

ГАЯНЭ ДОБРОВОЛЬСКАЯ 



                     За кулисами





На одном коротеньком отрезке Валькиной жизни был у неё спутник Серега, парень не злой и не лишенный обаяния, жаль алкаш.

Однажды он сказал: «Я работал в театре имени Буйновича-Крестовоздвиженского рабочим сцены. У меня там друг остался. Хочешь, проведу за кулисы?»  

Хочет ли? Он еще спрашивает. Конечно, хочет. Попасть за кулисы театра  Валька с самого детства мечтала. Заглянуть в оркестровую яму! Просто увидеть, что они там делают, за кулисами?

Мимо нарядной возбужденной публики,  – они вошли в известный театр  через служебный вход,  и вот сидят в служебном помещении в компании Серегиного знакомого, рабочего сцены, высокого худого мужика по имени Николай.

Самое начало спектакля было пропущено из-за того, что, видите ли, по мнению Сереги, приличия требовали с Николаем пообщаться.

Серега принес с собой бутылку водки, они начали пить; Николай рассказывал про свои неурядицы, ругался на гребаное начальство, на мизерную зарплату, и на всю обманувшую и предавшую его жизнь

Вальке был хорошо знаком такой тип людей. Когда-то давно ей довелось поработать в цирке и пообщаться с униформистами, которые подготавливали арену для выступлений. Тот же самый контингент: маргиналы, обозленные на всех и вся.

----«Этому жулью насрать на нас: живы, сдохли; только гребут под себя. Совести нет ни…!», - Николай распалялся все больше и больше. Вальку злобный мужик раздражал;  она ведь не за тем пришла, чтобы вникать в чужие  проблемы. 

А Серега вдруг начал хвалиться, как у него все замечательно, что на новой работе пошел  в гору. Валька-то знала, что дела его могли казаться успешными разве что на фоне здешней безнадеги, и Серегино светлое будущее – вилами по воде. На дорогую водку стало хватать? Молчал бы. Зачем Николая больше злить?

Пока они тут сидят , пол спектакля пройдет. Не выдержала, cпросила, а нельзя ли уже пойти смотреть балет?

******
Её отвели за кулисы и показали , на каком месте ей надо стоять. Валька оказалась под огромной бутафорской пальмой , пыльной и облезлой. Николай объяснил, что эта пальма – декорация для спектакля «Ай-Болит»; и они с Серегой ушли допивать водку 

На сцене шел балет «Жизель». Ей в прогал между кулисами было хорошо видно тех артистов, которые находились ближе к краю сцены.

Представление её, кажется, разочаровывало. Декорации вблизи были совсем некрасивые:  просто крашенная ткань. На сцене танцевали нарядные «селяне», и Валька видела, когда кто-то из балерин путал па* и даже спотыкался, а топот их ног о деревянную сцену был слышен, несмотря на музыку.

Появилась сама Жизель. Балерина, исполнявшая эту роль, была чудовищно худа, да что там худа! Скелет настоящий! Когда по ходу действия её героиня начала «страдать», на лице у костлявой балерины появились чувства настолько наигранные, что смотреть было тошно. Жизель простирала руки с острыми локтями, страдальчески морщила лоб, округляла глаза, кривила открытый рот… - как маска из греческой трагедии!

Странное освещение было за кулисами.  С противоположного конца сцены  прямо в глаза Вальке бил свет софитов, но при этом вокруг полумрак. 
В метре от нее прошла балерина, - как будто проплыло привидение, белая пачка усиливала сходство.
Самой себе Валька  казалась тут  предметом чужеродным и бесполезным. Ожидавший своего выхода солист, неслышно приблизившись, глянул с недоумением  и отдалился так же неслышно

Но необычная атмосфера на неё все-таки действовала. Она наконец ощутила себя частью царящего за кулисами  полусвета-полумрака, забыла обо всем,  стояла, смотрела и слушала,  одновременно фиксируя в сознании музыку, действие на сцене, движения балерин, готовящихся к выходу , скользящие мимо полупрозрачные фигуры уже станцевавших свои партии солистов.




В антракте Серега с Николаем подошли её проведать. Николай сказал: «В общем, ребята, знайте, бутылка водки с вас, и на любой спектакль проведу». Снова ушли. Валька призадумалась: «А стоит ли овчинка выделки? На много ли цена билета выше цены бутылки водки?» Сереге-то интересно похвалиться перед старым знакомым, а ей зачем?

Осенила догадка: он и её сюда привел, чтобы перед Николаем покрасоваться. Небось, уже спросил: «Ну как тебе моя девушка?» Он это у всех спрашивает.

К началу следующего акта появилось много балеринок в костюмах сильфид,  с капроновыми крылышками, прикрепленными к белым пачкам сзади повыше пояса. Они  выстроились рядками вдоль кулис. Действие началось, «сильфиды» замерли, ожидая своей очереди.

То, что произошло дальше, показалось Вальке просто ужасным: за кулисы явился уже совершенно пьяный Николай. Он шатался и, споткнувшись, сильно толкнул танцовщицу, которая стояла последней в ряду «сильфид», приготовившихся выбежать на сцену.
Девушка, доходившая Николаю до пояса, повернула голову и недовольно что-то  сказала,  типа «Поосторожней можно?»
Тот обернулся и громко, пространно матюгнулся.

Стыдно стало Вальке, ведь это они Николая напоили. Стыдно за грубого мужика и жалко балеринку, которой и пожаловаться на такое хамство некому, наверное. Кому пожалуешься? Режиссеру какому-нибудь? У которого других проблем полно? Станет он в такие пустяки вникать. 

«Сильфида» уже отвернулась от грубияна. Острые края миниатюрных лопаток выступали на гордо выпрямленной спинке. Капроновые крылышки замерли

И настроение было испорчено, и за кулисами стоять надоело. Когда  Серега, наконец,  явился, Валька сказала, что последний акт с балкона досмотрит.




*********
Балкон  здесь был: никаких отдельных лож, ряды кресел амфитеатром. Зрителей кроме неё  почти не было. 

Валька смотрела на сцену и с удивлением обнаружила: декорации, которые из-за кулис казались грубо покрашенными тряпками – отсюда виделись прелестным, романтическим пейзажем.  Жизель, главная героиня, - никакая не костлявая, а божественно изящная,  каждое её движение было необыкновенно выразительно и, как Пушкин сказал,  «исполнено души». Чувства, которые, несмотря на расстояние, с балкона легко читались на её лице, казались непритворно–глубокими и трогали чрезвычайно.

Вот как, значит! Не надо смотреть балет из-за кулис! Не рассчитан он на глядящих оттуда.  Лучше сидеть на галерке. Да хоть на люстре, и то лучше!

На балкон приполз Серега, тоже уже достаточно пьяный. Душа его  просила романтики! Примостился рядом с Валькой, полез с какими-то нежностями. Валька отстранилась, не отрывая глаз от сцены. Серега продолжал что-то бормотать. Не веря ушам, расслышала: «А я… ещё никогда… в театре не трахался… Может, попробуем?» - С ума сошел?  Обломайся, идиот!.. Это ж театр, а не кабак, - подумала Валька, а вслух сказала: «Да ну тебя».
 
****                                                                                                    
Когда ехали домой, Валька все думала: «Какой театр - настоящий? Чудесный – с балкона? Или ужасный – за кулисами? Может,  все в мире так: издалека  - красота, мечта, и всё такое; вблизи – облезлые тряпки. Нет, ну не может быть! Не согласна она! Должно существовать в жизни что-то по-настоящему прекрасное. Неподдельное. Только как его узнать?"
Вдруг Вальку поразила мысль: а сама-то ? На нее  тоже можно посмотреть по разному.  Какой ерундой занимается сейчас только ради заработка?  Где её мечты? Конечно, жить на что-то надо… Но из болота повседневности следует выбираться!

Серега по пьянке нес какую-то околесицу и жутко её раздражал. Связалась вот с кем попало… Но надо же продержаться до того времени , когда встретится Настоящий. Не завянуть, не засохнуть. Такой, ради которого захочется свернуть горы, пострадать, даже умереть…  Принц…
Она покосилась на спутника. Да, уж точно, не Принц… А есть они? Это больнее всего: когда тот , кто  казался самым лучшим на свете , самым умным,  прекрасным и благородным,   при знакомстве близком  оказывается безответственным и бесхарактерным  ничтожеством, а в придачу мелочным и злобным обывателем.

Вопрос: бывает ли иначе?
Этот вот хоть не притворяется, сразу видно, что не принц, а лягушка.

Заслуживает ли она другого? А то размечталась тут… 

Надо браться за ум… Все лишнее из жизни – вон!…. Будет жить правильно… А там – как бог даст.

Что же касается театра…
Больше никаких походов «закулисы»! И никаких бутылок!
Теперь только как положено: касса, билеты, предвкушение праздника, нарядная одежда, радостно бьющееся сердце…  Чтобы было: вдруг потемневший зрительный зал, замирающая какофония оркестровой ямы, дрогнувший и взлетающий занавес. И –хотя бы на сцене – небывалая любовь, невиданная красота…


----------------------------
Па* ------- движения в балете





В качестве иллюстраций использованы художественные работы автора

Выпуск июль 2016

Copyright PostKlau © 2016


Категория: Гаянэ Добровольская | Добавил: museyra (13.06.2016)
Просмотров: 363 | Теги: РАССКАЗЫ ХУДОЖНИКОВ, Добровольская Гаянэ | Рейтинг: 4.4/12
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: