Главная » Статьи » СТОИТ ВСПОМНИТЬ » ВНЕ ВРЕМЕНИ

К. Коровин. Жена

Константин Коровин


                                                         Жена


   Ранее утро перед рассветом. В окно видны темные ели сада. Я и приятели мои проснулись чем свет. Одеваются, умываются. Заспанный мой слуга, Ленька, подает самовар.
   -- Попьем чаю, закусим и пойдем на реку смотреть поставленные на рыбу сети.
   Доктор Иван Иванович, уплетая пирог, смотрит в окно и говорит:
   -- Светает. Земля к солнцу поворачивает. Вертится. Ишь, медленно вертится.
   -- Как -- медленно?-- заметил Коля. -- Более ста верст в час, по-нашему.
   -- Это кто тебе сказал?-- спросил Василий Сергеевич. -- Тогда бы на ногах не устоять.
   -- "Кто сказал"... Это, брат, астрономия говорит.
   -- А Земля наша не очень большая,-- продолжал Иван Иванович. -- Вращается в пространстве бесконечном. Без начала, без конца. И вот не падает.
   -- Куда ж ей упасть?-- сказал Коля. -- Некуда ей упасть, неизвестно, где верх, где низ.
   -- Вот! Опять с утра начинают завираться! Это как же это, нет ни верху, ни низу?-- удивился приятель Вася.
   -- Очень просто. Ночью мы внизу -- вот Москва, а Америка наверху. Ночью кверху ногами ходим, а сейчас вот чуть свет -- мы боком. А днем американцы кверху ногами. Ты хотя и старшина, а из кружка ночью кверху ногами идешь...
   -- Ты это свою астрономию брось. Дурака не ломай. Что я, муха, что ли, чтобы по потолку ходить...
   -- Вы вашу философию бросьте,-- сказал Василий Сергеевич. -- Вот взойдет солнце, пойдем к Феклину бору, на Глубокие Ямы сети смотреть. До чего я не люблю, когда завираются. Вот Колька, когда заврется, так я беру ведро воды -- брызну на него, он неделю человеком ходит. Сразу начинает понимать что надо... К вам как-то приезжали эти философы, про право все спорили. Чуть не подрались.... Так Муся -- ваша натурщица -- от них в деревню убежала. И что говорить -- уши вянут. Ерунда...
   -- Вот именно -- ерунда!-- сказал Коля. -- Вроде жены моей Анфисы. Как-то она говорит: "Каракуль искусственный стали делать лучше настоящего, а стоит много дешевле". -- "Вот и хорошо,-- говорю,-- сшей шубу из искусственного". -- "Как так?-- говорит. -- Вот ты всегда скажешь ерунду,-- слушать тебя противно! Чтоб я носила подделку, вот ты как! У меня даже голова заболела!" -- "Да ведь ты сама сказала, что лучше". -- "Оставь, дурак, я никогда этого не говорила". Никакого резона. Ходишь потом весь день как очумелый -- свет не мил. Зайдешь куда-нибудь в кружок -- там актеры, жрут, хохочут, а ты какой-то чужой, обалделый...

* * *

   Только мы оделись и собрались пойти на Глубокие Ямы, как увидели в окно, что от ворот едет тарантас и в нем сидит дама в шляпе, густо покрытая голубой вуалью.
   -- Жена!-- сказал, побледнев, Коля.
   -- Спасайся,-- крикнул Юрий.
   Коля бросился в сени.
   -- Беги на чердак!-- крикнул кто-то.
   Слышно было, как приятель Коля бежит вверх по лестнице. В сени вошла дама и сухо сказала:
   -- Николай Васильевич у вас?
   -- Николай? Нет, его здесь нету. Он был вчера, а куда делся -- неизвестно. Вот мы на реку идем -- на Глубокие Ямы, посмотреть: черт его знает, может, он утопился....
   -- Глупая шутка. Мне нужно его видеть. Послушайте,-- обратилась она к слуге моему Леньке,-- скажите Николаю Васильевичу, что я приехала. Он, конечно, спит... -- добавила она капризно.
   -- Чего спит,-- сказал Ленька,-- он ушел.
   -- Куда ушел?
   Ленька смотрел на нас растерянно.
   -- Вчера еще утром ушел,-- сказал Караулов. -- Он, должно быть, уехал в Москву...
   -- Или утонул,-- не унимался Юрий.
   -- Я не шучу,-- рассердилась дама,-- я вас спрашиваю -- где мой муж? Глупо говорить -- утонул. Я сейчас велю позвать полицию. Утонул -- это не шутки! Это мой муж! Вы можете топиться сами, а я не позволю... Он не посмеет! Я покажу ему -- топиться! Он не смеет забывать, что у него есть жена.
   -- Простите, сударыня, если б я был женат, то уж наверно бы утопился,-- сказал Василий Сергеевич и, зажмурив глаза, расхохотался.
   Жена Николая презрительно взглянула на него и крикнула:
   -- Николай! Где вы?
   Ответа не было...
   Дама сняла шляпу и села к столу, сердито оглядывая нас. Мы предложили ей чаю, пирога. Она от всего отказалась и опять крикнула:
   -- Николай Васильевич, я приехала!
   На чердаке что-то упало.
   -- Что это?-- спросила дама.
   -- Это у нас там ручной барсук живет,-- процедил Ленька.
   -- Я пойду посмотрю,-- сказала жена Николая.
   -- Не ходите, он вас кусанет,-- сказал Василий Сергеевич. -- Я его кормлю, а он так и норовит цапнуть... Не подойдешь!



   Пока шел разговор наш с супругой, Коля не ко времени закашлялся -- на чердаке было пыльно.
   -- Да это настоящий комплот {От фр. complot -- заговор.}!-- взвизгнула жена Николая. -- Это он кашляет, я узнаю -- он.
   И она, взяв зонтик, стала стучать в стену, приговаривая:
   -- Идите сейчас же сюда! Я приехала... Впрочем, я сама подымусь.
   Она быстро вышла в сени, и слышно было, как она поднималась по лестнице. Через мгновение мы услышали голос Коли:
   -- Дорогая! Это ты, приехала наконец!...
   -- Что это вы на чердаке делаете?-- раздраженно перебила его жена.
   -- Знаешь... поверь... я ушел от них сюда почитать. Так надоело там... Все споры, философия...
   -- Пойдемте,-- строго сказала жена,-- сейчас же едем домой.
   -- Хорошо... Только я прощусь с ними... Неловко же так уехать...
   -- Ни под каким видом. Это не ваше общество...
   Через несколько минут мы видели в окно, как Коля оробело и кротко садился в тарантас и, выехав за ворота, оглянулся в нашу сторону...

* * *

   На Глубоких Ямах, где лес отражался в тихой воде реки, мы вытаскивали на берег сети и выбирали пойманную рыбу -- щук, налимов, линей. Вечером тетушка Афросинья сварила дивную жирную уху, и мы за ужином не раз вспоминали приятеля Колю...

* * *

   Ночь... Мы ложились спать. Вдруг открылась дверь, и в комнату вошел Коля. Мы удивились:
   -- Откуда?
   -- Ух,-- вздохнул Коля,-- что было! Но на вокзале подвезло: один поезд подошел на Москву, а другой на Ярославль. Остановка пять минут. Я сам не свой, себя не помню, сажусь в вагон, она кричит: "Сюда! сюда!" -- а поезд и пошел. Кондуктор подходит, спрашивает: "Вы куда едете-то?" -- "В Москву". -- "Как -- в Москву, поезд-то в Ярославль идет, билет ваш не годится!" Я говорю: "Батюшки, я так расстроен..." А он: "Это нас не касается, вылезайте сейчас же в Петрове, штраф заплатите". Вот я из Петрова опять сюда приехал, телеграмму ей дал: "Дорогая, вспомнил дорогой, уехал по важному делу"...
   

ПРИМЕЧАНИЯ

   Жена -- Впервые: Возрождение. 1937. 12 ноября. Печатается по газетному тексту.
   капорцы -- см. прим. к с. 419 кн. 1 наст. изд.

    Иллюстрация: К. Коровин. "На террасе"





Выпуск ноябрь-декабрь 2019

Copyright PostKlau © 2019

   
Категория: ВНЕ ВРЕМЕНИ | Добавил: museyra (01.10.2019)
Просмотров: 20 | Теги: СТОИТ ВСПОМНИТЬ | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *: