Главная » Статьи » Театр.Кино » Кино. Театр

Е. Несмеянов. На фильм "Бегущий по лезвию 2049"

Евгений Несмеянов




На фильм «Бегущий по лезвию 2049»

 

Фильмом-событием ушедшего года для меня стал "Бегущий по лезвию 2049" Дени Вильнёва (Denis Villeneuve). В январе он официально вышел на Blu-ray. Однако не думаю, что что бы то ни было может сравниться с восприятием и переживанием этого грандиозного кинополотна на большом театральном экране (в идеале ещё и в IMAX 3D). Те, кто упустил такую возможность в октябре 2017-го – кусайте локти! Ибо не подлежит ни малейшему сомнению, что вновь узреть что-либо подобное на киноэкранах нам теперь предстоит очень не скоро: "Бегущий" провалился в мировом прокате (при заявленном бюджете в 150 млн. долларов итоговые сборы по всему миру составили 259 млн. – в киномире это считается коммерческим фиаско), смелый вильнёвский эксперимент (очень нетипичное, авторское арт-хаусное кино с размахом и бюджетом масштабного голливудского блокбастера) не удался, и значит – снимать и выпускать такие фильмы никто больше не будет (никому не позволят) в течение многих лет. А быть может и вовсе никогда. 

Кого-то этот факт безусловно обрадует: в адрес фильма раздавалось немало критических отзывов, его упрекали и в "занудности", и в "затянутом хронометраже", и вообще чуть ли не во всех смертных грехах (включая "избыток" компьютерной графики). Некоторые из этих замечаний вполне справедливы (как, например, отдельные претензии к сюжету и мотивациям героев, особенно отрицательных), другие носят чисто субъективный характер (нравится/не нравится), третьи попросту несостоятельны (реальная продолжительность всего экранного действа – чуть больше 2 ч 30 мин., остальное время идут титры). Тех, кто поносит "Бегущего" за мнимое обилие компьютерных спецэффектов и "бездушной зелёнки" призываю ознакомиться хотя бы с некоторыми из многочисленных видеороликов на Ютубе о том, как снимался фильм; особенно впечатляет работа, проделанная мастерами новозеландской студии Weta Workshop по строительству миниатюр и всего с ними связанного, что называют практическими эффектами ; сердце и ядро этих невероятных, сюрреалистических, захватывающих дух локаций, вызывающих физическое чувство холода, отторжения и дискомфорта (вечно пасмурный и ненастный Лос-Анджелес будущего, доминирующая над пейзажем пирамида или зиккурат Уоллеса, бескрайняя промышленная свалка – Trash Mesa – за чертой города), – самые что ни на есть "живые", рукотворные, мельчайше детализированные модели, лишь немного подшлифованные или углублённые с помощью компьютера. Таков был наказ режиссёра.

В натуральную величину была даже отстроена часть гигантской "Китайской стены" – дамбы, опоясывающей Лос-Анджелес и защищающей его от натиска суровых, свинцово-серых вод океана, более не являющегося колыбелью жизни на Земле (ведь по сюжету фильма на это звание теперь претендует корпорация, засевшая в той поднебесной башне-зиккурате).

 

Чем же так хорош (по меньшей мере интересен и достоин внимания) сиквел культовой ленты Ридли Скотта 1982 г. (про которую говорят, что она сформировала облик всей современной кинофантастики)? Как в случае с масляной живописью, которая приобретает тем большую глубину и объёмность, чем больше слоёв краски наложено художником на холст, так и выдающееся полотно Вильнёва пленяет и поражает своей многослойностью. Слои эти, или пласты, могут быть выявлены и считаны последовательно, некоторые из них, к моему удивлению и досаде, почти полностью ускользнули от внимания даже весьма опытных и въедливых критиков и зрителей. Есть самый поверхностный слой – событийный: фабула, сюжет со всеми огрехами и неотвеченными вопросами (явный задел на ещё один фильм, который вряд ли появится, а если даже когда-то и появится, то уж точно не в таком формате, как BR2049). Начальные кадры фильма – это громадный, во весь экран, открывающийся глаз (повторение первого "Бегущего"), спустя некоторое время главгерой просыпается в летучем полицейском "спиннере" марки Пежо, а в конце, пройдя все круги ада и замыкая таким образом арку своего персонажа и жизненного пути, он, истекая кровью, лежит на снегу на ступенях (символ личностного восхождения) лаборатории воспоминаний Stelline, и его обращённые к небу глаза медленно стекленеют под мелодию Вангелиса "Tears in Rain" (Time to Die).

Есть поднятая ещё в первом фильме проблема взаимоотношений "настоящих" и "искусственных" людей (читай "наших" – "не наших"), выходящая на вопрос о правомерности использования рабской (а также детской) рабочей силы в высокотехнологичном мире (настоящего и будущего). Есть вопрос самоопределения – кто или что такое человек ("Тварь я дрожащая или право имею?"), в чём его сущность и что, собственно, делает его человечным: воспоминания ли, эмоции ли, наличие ли души ("Ты и без неё прекрасно справляешься"), неубиение ли живых тварей (даже ос или пчёл из теста Войта-Кампфа), способность ли к самопожертвованию, способность ли воспроизводить себя, давая жизнь новым людским единицам, причём лучшим и более совершенным, чем прежние, – есть ли в этом какой-то прогресс и какая-то эволюция? Или же прогресс, наоборот, убивает в людях всё человеческое? Что лучше – быть искусственным сверхчеловеком – сильным, стоически невозмутимым, не болеющим, уклоняющимся от пуль, не боящимся укусов пчёл, но при этом бесплодным, как просоленная земля? Или быть человеком настоящим, живорождённым, но хрупким и уязвимым, подверженным болезням и губительным страстям?..

"Мы все ищем что-нибудь настоящее", произносит героиня Робин Райт (Мадам), в то время как её подчинённый, простой "искусственный человек" – репликант[1] на государственной службе KD6-3.7 (намёк на полицейскую собаку К-9), находит – или думает, что находит – это настоящее в лице, казалось бы, ещё более искусственной (второй план искусственности и своеобразный любовный треугольник) голографической девушки[2] Джой. Многие уже отметили, что в антиутопическом мире будущего Дени Вильнёва нет ни мобильных телефонов, ни Интернета (всё пропало после блэкаута 2022 г.), зато есть бесчисленные голографические изображения и неоновые рекламы на улицах. Встречаются упоминания внеземных колоний и других миров (для освоения которых и создавались армии репликантов) и неких космических кораблей, но всё это торжество и великолепие научно-технического прогресса остаётся совершенно абстрактным и бесконечно далёким от безрадостной жизни, влачимой на Земле.

Ещё есть библейские отсылки и цитаты (возомнивший себя Богом-творцом Ниандер Уоллес и его ангелы, Рэйчел-Рахиль и пр.). И целый пласт – незаслуженно игнорируемый в русскоязычных рецензиях – русской культуры, каковой здесь придаётся удивительно большое и почётное значение. В западном кинематографе наших соотечественников обычно изображают злодеями, бандитами, либо просто недалёкими "ванями" в ушанках (порой даже на орбите). То, что создал Вильнёв, претендует на звание самого прорусского фантастического фильма из всех, когда-либо выпущенных в Голливуде, – конечно, массовому западному зрителю такое вряд ли придётся по душе. Всё начинается с большущей надписи "Целина" кириллицей (отсылка к М. А. Шолохову?), продолжается переговорами в эфире на русском языке ("Идентификация транспортного средства подтверждена полицией Лос-Анджелеса", слышно только в оригинальной озвучке), закрепляется голографической балериной с надписью "Soviet Happy – Product of CCCP" и вездесущей мелодией С. Прокофьева "Петя и волк" на рингтоне; ну и конечно, набоковский "Бледный огонь" проходит красной нитью через весь фильм и фактически является его краеугольным камнем:

И кроваво-черное ничто начало ткать

Систему клеток, сцепленных внутри

Клеток, сцепленных внутри клеток, сцепленных

Внутри единого стебля, единой темы.

И, ужасающе ясно

На фоне тьмы высокий белый бил фонтан.

(Пер. с англ. Веры Набоковой) 



              © 2017 Alcon Entertainment, LLC., Columbia Pictures Industries, Inc. and Warner Bros. Entertainment Inc.




                                                                       

                         Nakatomi Blade Runner 2049 Limited Edition Glow in the Dark Silkscreen Art Print. Художник Tim Doyle, 2017


Что хотел всем этим сказать режиссёр? Первое – что в его мрачной картине будущего мира (а это будущее альтернативное) всё ещё существует Советский Союз, как бы чудовищно это для кого-то ни звучало. Второе – что этот СССР не просто жив к 2049 году, но и по некоторым параметрам даже "живее" самих США, раз он поставляет свою продукцию – в т.ч. культурную – в самое сердце Америки. А Америка, нельзя не заметить, показана весьма неприглядно: это гнетущие, неуютные, умирающие города-мегаполисы (один огорожен стеной-дамбой, другой вообще больше похож на оранжевую радиоактивную пустыню), разрозненные фермы по выращиванию альтернативных продуктов питания, перемежающиеся с полями отходов и металлического мусора (где ржавыми башнями высятся порезанные на части судовые корпуса и тому подобный лом, из которого дети под присмотром аборигенов-эксплуататоров добывают какие-то ценные металлы и детали), жёсткая социальная стратификация и напряжённое, недоверчивое отношение людей к репликантам, полностью вымершая живность, загрязнённая почва и атмосфера... Порядок в этих городах и на прилегающих к ним территориях, судя по всему, поддерживается только силами полиции (о правительстве ни слова).

Политический и социокультурный аспект фильма читаются чётко. Но есть и ещё один, самый последний и самый дальний план, фон для всего происходящего в картине: природа, окружающая среда, экология. Она мертва, от неё остались лишь грязные выжженные пустоши, бесплодные равнины, одинокие засохшие деревья, безумный, малопригодный для жизни климат (снег вперемешку с дождём – и это, обратите внимание, в июне-июле! Почти как у нас в Питере), а за железобетонной стеной – такой же безжизненный, с рёвом накатывающий, вековечный океан, каким он был четыре миллиарда лет назад, в протерозое. Именно об этом, в унисон с набегающими и шумно разбивающимися волнами, с воем и скрежетом, горестно и зловеще "поют" синтезаторы Ханса Циммера и Бенджамина Уолфиша; в этом, по моему мнению, и заключается основной лейтмотив "Бегущего по лезвию 2049": потеряв всё, репликант Кей/Джо в конце концов осознал ответственность за будущее своей планеты – и стал Человеком.



             © 2017 Alcon Entertainment, LLC., Columbia Pictures Industries, Inc. and Warner Bros. Entertainment Inc.



 


[1] В киновселенной "Бегущего по лезвию" репликанты – искусственно созданные усовершенствованные люди, призванные заменить человека на ряде особо трудоёмких, опасных и "грязных" производств и видов деятельности. Не роботы и не киборги, внешне неотличимы от людей, но в зависимости от выполняемых функций могут быть наделены выдающимися качествами и способностями (необычайная физическая сила, привлекательность, ускоренная регенерация тканей и т.д.). Репликантов выявляют с помощью тестов (таких, как тест Войта-Кампфа), а также по серийным номерам на глазном яблоке и костях. Склонные к неповиновению модели отлавливают и "отправляют в отставку" специальные полицейские, прозванные "Бегущими по лезвию".

 

[2] Воссозданная на компьютере героиня Шон Янг, репликантка Рэйчел (какой она была в первом фильме 35 лет назад), наглядно демонстрирует возможность такого рода технологий уже в наши дни, по крайней мере в кино.




 Выпуск февраль 2018


                      Copyright PostKlau © 2018


Категория: Кино. Театр | Добавил: museyra (15.01.2018)
Просмотров: 150 | Комментарии: 3 | Теги: Несмеянов(Манштейн) Евгений, Театр.Кино | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 3
1  
Жизнь после апокалипсиса широко представлена в кино. Наш фильм "Кин-дза-дза"(1986) легче и приятнее смотрится, а спецэффекты с пепелацем более реальные, чем космомобили в этом фильме. Короче, у нас такое кино уже было 30 лет назад

2  
Проблема в том, что _сейчас_ у нас такого кино уже нет, и при сохранении нынешних тенденций в отечественном кинематографе и культуре в целом - оно и к 2049 году у нас вряд ли появится.

"Кин-дза-дза" - фильм безусловно шедевральный и снятый невероятно прогрессивно для тех лет. Конечно, в чём-то "Бегущий по лезвию" с "Кин-дза-дзой" пересекаются - оба рисуют картины упадочного антиутопического будущего, земного или возможного на Земле. "Кин-дза-дза" повествует обо всём этом в ироничной и трагикомичной тональности, "Бегущий по лезвию" - в стиле мрачного киберпанка и "тек-нуара". Кому что больше нравится.

В любом случае, "прогнивший" Голливуд может по праву гордиться этим фильмом. Не зря Вильнёва называют новым режиссёром уровня Кэмерона и Спилберга, а быть может и выше.

3  
У нас такое кино уже было, а сейчас нет. А у них сейчас есть

Имя *:
Email *:
Код *: