Главная » Статьи » Традиции » Элпиадис Алексей

А.Элпиадис. Русский вопрос глазами грека (VIII)

 Алексей Элпиадис(Греция)



 

Русский вопрос глазами грека(VIII) 

(бывают ли русские бывшими?)


 


Политическая нация (государство нового времени) – это всего лишь надстройка на огромном историческом теле народной (этнической) памяти, но одно и другое друг друга не отрицает. Зачем придумывать новый народ (этнос) при наличии нескольких политических наций (государств)? Берите пример с греков (хотя таких примеров много). У нас вот, у греков, один народ (этнос), у которого огромная история, но при этом две молодые политические нации – Греция (государство основано в начале XIX века) и «Республика Кипр» (отдельное государство с 1960 года). Причем, отличия между этими государствами (политическими нациями) больше, чем отличия между Украиной и Россией. Греция – член НАТО, а вот Кипр – не член (что делает ему честь).

На Кипре левостороннее движение, в Греции правостороннее, и мы постоянно попадаем в аварии, когда ездим друг к другу в гости. Были и конфликтные ситуации между двумя греческими государствами (политическими нациями), например, свержение архиепископа и президента Кипра Макариоса греческими «черными полковниками» в 1974 году, которым воспользовались турки, и произошла аннексия северного Кипра Турцией. Языковые отличия радикальные: когда грек-киприот из какой-то глухой деревни говорит с греком из Греции на разных диалектах греческого языка, отличия между русским и украинским языками просто блекнут

Мы жили под разными завоевателями абсолютно отдельно: Греция под турками, Кипр, в основном, под крестоносцами, немного под турками и в последний период перед независимостью – вообще под англичанами. И есть также бытовые отличия между нами ввиду разного исторического пути. Просто они внешне не так видны (так, греки не могут понять, в чем отличие между русскими и украинцами). Тем не менее, и греки из Греции, и греки-киприоты, несмотря на то, что представляют две отдельные политические нации (два отдельных государства), существенно отличающиеся друг от друга, тем не менее, считают себя частью одного народа (этноса), и нам безразлично (индифферентно, как сейчас принято говорить), что государства два, а народ – один. Я сам служил в греческом контингенте войск на Кипре (там есть греческие военные базы), и не понаслышке знаю, что киприоты – большие патриоты своего государства, которое им обеспечивает более высокий уровень жизни, чем греческая республика. В общем, «Кипр – цэ Британия», и горды они своим государством (политической нацией) очень даже. Но если киприоту даже намекнуть, что он не грек (ввиду того, что он отличается от грека из Греции похлеще, чем житель Полтавы от жителя того же Брянска или Твери) он, мягко выражаясь, сильно обидится, и это – в лучшем случае. Почему? Потому что у него «традиционная этническая ориентация», т.е. он воспринимает все свои этнокультурные отличия от континентальных греков как богатство и многогранность общегреческой исторической памяти. Кипр – не Греция (Украина – не Россия), но киприоты – греки (украинцы – русские) и в этом нет никакого смыслового противоречия. 



Так было всегда, причем, не только у греков, но и у многих народов, в том числе и у русских до коренизации/туземизации.


Политические нации ситуативны и, в лучшем случае, являются объектами политики, в то время как народ – субъект истории. В общем, у вас сейчас три государства (три политические нации), но русские, белорусы и украинцы – один народ (этнос). Это видно даже по тому, как вы ссоритесь. А вот политические нации (государственные системы) очень даже разные. Белоруссия – это антиолигархическая Русь с тенденцией к тоталитаризму. Украина, напротив, – это олигархическая Русь с тенденцией к феодализации. Российская Федерация – что-то среднее между ними. Можно бесконечно спорить, какая из этих трех политических наций (государственных систем) более правильная, но они все три – русские. Любая попытка придумать отдельный украинский или белорусский народ (этнос) ввиду попытки построения украинской и белорусской политических наций (государств) неизбежно приведет к созданию мифической историографии. Народ – это общая память. До чего так можно докатиться?

В современном мире есть множество абсолютно успешных политических наций. Австрия (которая не Германия), США (которые не Великобритания), Австралия (которая также не Великобритания), Новая Зеландия (которая не Австралия) и т.д. и т.п. Все эти государства (политические нации), имеют сложный и многогранный этнический состав, например, британская политическая нация состоит в основном из этнических англичан, шотландцев, валлийцев (уэльсцев) и этнических групп территории северной Ирландии. Причем, некоторые этнические группы могут выделиться в отдельную политическую нацию, как это уже произошло с основной Ирландией и чуть не произошло с Шотландией.

Одной из самых успешных политических наций современности является Канада, но и там есть свои проблемы. И вот – представьте себе такую ситуацию: Французский Квебек решил выйти из состава Канады и создать свою новую политическую нацию («Квебек – не Канада»). Но при этом, в каком-то порыве безумия, квебекцы решили, что никакой «общей памяти» с французами у них нет и быть не может. А то, что их предки считали себя французами, это их (предков) заблуждение.

 

 

И оказывается, что «на самом деле» девиз Квебека «Je me souviens» (в переводе с французского – «Я помню» как французская версия Дельфийского термина «познай себя») ни в коем случае не означает того, что квебекцы имеют «общую память» с французами, нет и еще раз нет! А слово ‘Квебек’ не является географическим термином, который в переводе с языка индейцев означает «место, где река сужается» – это все «клятые парижане придумали». «На самом деле», девиз Квебека «Je me souviens» означает, что квебекцы – это истинные потомки племени каких-то «Квебов». 

К чему это я? Есть такое состояние сознания – «когнитивный диссонанс».

Как так получается, все предки украинцев русские а сами украинцы не русские? Причем абсолютно идентичная ситуация в "бывшей Югославской республике Македония" 


 

После того, как географический термин ‘украинец’ перестал быть географическим и стал этническим (в новой украинской историографии), в человеческом сознании возникает смысловой парадокс (когнитивный диссонанс). Одно дело, когда термин ‘Украина’ – географический, окраина как форпост, передняя линия обороны и т.п. Другое дело, когда термин становится этническим. Самодостаточный народ не может, в сущности, быть «окраинным» собственно к себе (сам термин унизительный). И украинская интеллигенция (а это стадия русской) подалась во все «интеллектуальные тяжкие». Среди прочих популярных версий следует вспомнить выведение происхождения слова ‘Украина’ от понятия «окраянная» (чем-то ограниченная, окруженная, отделенная) и от понятия «край» (родина, родная земля). Слабость этих версий в их натянутости, поверхностности, потому что указанные значения бытуют у всех славян и чем-то особенным не идентифицируют отдельный народ. Они не являются предметом гордости для этого народа.

Дошло до маразма (слово ‘маразм’ в переводе с греческого языка означает ‘увядание’). Так, слово ‘Украина’ стали связывать со славянским племенем Укров (укране, укры, украны, укряне), которые действительно жили в Балтийском Поморье (IX – XII века.) Это племя действительно известно из исторических сообщений немецких хронистов. Почему именно эти Укры, а не Поляне или кто-то еще? Потому что название оказалось случайно созвучным с Украиной. Ну, а то, что название племени Укров связанно с рекой Укер (нем. Uecker), протекающей в междуречье Эльбы и Зале, уже никого не волнует.

Ведь надо же как-то аргументировать то, что современные украинцы – «не русские», а все их предки считали себя русскими – что западные украинцы (до Талергофа), что восточные (до коренизации).

Так и провоцируется когнитивный диссонанс.

Аналогичная ситуация у белорусских "свЯдомых" у них правда когнитивный диссонанс на начальной стадии. "Свядомым" Белоруси в отличии от "свидомых" Окраины не повезло с самого начала: они, в отличие от украинский интеллигенции (это стадия русской), не нашли в XIX веке подходящего самоназвания без корня «рус» и были вынуждены заимствовать этноним из общерусской триады великорусы-малорусы-белорусы. Позже некоторые «свядомые» активисты попыталась отыграть назад, предложив переименовать Белоруссию и белорусов сначала в Кривию и кривичей (данный вариант в 1920-х гг. пропагандировал известный общественный "деятель" Вацлав Ластовский в своем деянии "Что нужно знать каждому Белорусу"), а затем появилась идея переименовать белорусов в  литвинов. Правда тут возникает другой когнитивный диссонанс, куда девать собственно Литву и самих литовцев, по этому прибалтийскую Литву предлагается называть «Летува», а её жителей — «летувисы». Было бы смешно,  если бы опыт Украины не показал что этот маргинальный маразм  может вдруг стать государственной политикой (слово ‘маразм’ в переводе с греческого языка означает ‘увядание’)

Но Бог с ней с Белорусской интеллигенцией (эти пока не столь буйные), возвращаемся к украинской историографии. 


 



Национализм как неоязычество

Если перевести слово ‘национализм’ на церковно-славянский, 
получается язычество’ (от слова ‘языцы’ – ‘народы’).

Естественно, переводить современный термин ‘национализм’ на церковно-славянский ‘язычество’ несколько некорректно, так как в те далекие времена самого термина ‘нация’ просто не было. Понятие ‘нация’ – это государство нового времени где национальная идея выполняет функцию светской религии. Но, глядя на украинский кризис, задаешься вопросом: а есть ли что-либо нового в этом «новом времени», кроме новых технологий? Если ‘национализм’ – термин нового времени – это не классическое язычество, но в большей степени неоязычество, где вместо национального бога (Зевс, Перун и т.п.) используется «национальная идея», т.е. идеологическая конструкция. Если перевести словосочетание ‘языческий культ’ на современный язык, получится ‘национальная идея’. Но украинскую национальную идею нельзя назвать толком даже мифом.

В случае с мифом «подготовка и наработка смыслов происходит методом проб и ошибок в течение нескольких поколений, встраивается в "пралогическое мышление”, усиливая некоторую сопричастность к традициям и культуре в рамках коллективных представлений» (это если по старику Дюркгейму).

А если простым человеческим языком, то Троянская война для древних греков сыграла ту же роль что и Сталинградская битва для потомков тех, кто в ней победил, и это та память, которой стоит гордиться будущим поколениям, ибо эта битва – сама по себе легенда. И причем тут Бандера с Шухевичем? Они сюда просто не вписываются. Таким образом, украинцам предлагают отказаться от живой легенды ради сомнительного мифа. Кому это надо?

 




Сепаратизм региональных элит 

В случае с новой украинской националистической историографией мы сталкиваемся с продуктом политической деятельности узкой группы людей (национализм – это зачастую сепаратизм региональных элит), которые пытаются вытеснить с помощью новой историографии логическое мышление и изменить историческую память народа с целью не просто захвата власти, но и аргументации её удержания. Если миф может существовать в народе без административного ресурса, то национализм существует только ради власти на отдельно взятой территории (административный ресурс). Поэтому бывшие партийные функционеры и лидеры комсомола поздней УССР после распада страны так легко перекинулись с девиза «Украинцы – братский народ» (украинцы не русские) к девизу «Украина – цэ Европа» (украинцы лучше русских).

Я сейчас выскажу не совсем стандартную мысль для русского слуха: тезис «украинцы – братский народ» – это мягкая форма бандеровщины. Бандера утверждал, что украинцы – не русские, и тот же смысл заложен во фразе «украинцы – братский народ» (они – не русские). Это не означает, что у русских нет братских народов: те же татары (волжские), которые последние 500 лет воевали во всех войнах на стороне России (и неплохо воевали) – братский народ, те же сербы – братский народ («по делам их познаете их»).

Ну, а вся эта партноменклатура поздней УССР – это «братушки», которые после распада огромной страны в лучших традициях русской интеллигенции так легко «пере-гладились» в украинских националистов по одной простой и тривиальной причине. У этих «деятелей» появилась возможность не отчитываться перед Москвой (и клясться в верности братского народа), а напрямую и без посредников осваивать кредиты МВФ. Украина вышла и состава СССР с нулевым госдолгом, сейчас он составляет десятки миллиардов долларов (спекулятивный олигархат). К этим «деятелям» в огород бриллиант упал, просто фантастика!

Причем огород был заранее огорожен уже в эпоху СССР  через перенос фокуса внимания в школьном образовании, со слова "Русь" на слово "Киевская" в выражении "Киевская Русь". Естественно к самому народу элита поздней УССР относилась как к скоту в огороде, это видно по всей новейшей истории Украины. Естественно, самому народу нужно было как-то объяснить, зачем ему это надо.  Девиз «Украина – не Россия» после распада СССР, основан на двух версиях национализма – потребительском и интегральном.

Есть два наиболее ярких типа национализма: потребительский и интегральный.

Классическим примером потребительского национализма являются США, в русской вариации – это Евромайдан, причем, вариация именно русская. В России часто принято говорить, что Майдан устроили какие-то бандеровцы, фашисты и нацисты, но реальность еще драматичней.


Продолжение следует...

Иллюстрации ERIK JOHANSSON(Швеция) и из свободных интернет-источников



Выпуск апрель 2018


                      Copyright PostKlau © 2018

Категория: Элпиадис Алексей | Добавил: museyra (27.03.2018)
Просмотров: 121 | Теги: Элпиадис Алексей, традиции | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Все смайлы
Код *: