Главная » Статьи » Традиции » Лурье-Варгас Наталия

Н.Лурье-Варгас. Все судьбы в единую слиты...

 Наталия Лурье-Варгас      



                                      Все судьбы в единую слиты...

 

 


"Угра! Угра! Багровы твои воды.

То наша кровь, мы не нашли там брода."

П.З. Рыльцов

 

Мне горестно, что есть такая дата. Сколько их - Великих, ушло в немую тень. Все помнят о Неизвестном солдате, и о вечном огне у Кремлевской стены. А вот о том, что факел с Вечным огнем, волнительно и торжественно доставленный в Москву на бронетранспортере с Марсова поля Ленинграда, бережно сопровождал Георгий Мусланов, один из немногих оставшихся в живых ефремовцев мало кто знает. Мусланов - комиссар 1297 полка 113 стрелковой дивизии - герой Советского Союза. Случайность? Нет. Нигде, ни в одной операции, за все время ВОВ не было столько погибших, раненных, взятых в плен и без вести пропавших, как в вяземском(!) окружении. В эти дни, каждый год, хочется вспомнить самого генерала Ефремова. Поражаешься его силе духа . Ничто его не сломило. Маршал Василевский говорил о нем, что при одном упоминании этого имени, нужно склонять свою голову и снимать шапку. Тогда, в это страшное время, Жуков прислал за ним самолет - отказался. Ефремов остался с бойцами. А катастрофа армии, его только укрепляла в твердости однажды принятого решения: "С солдатами пришел, с солдатами и буду выходить".

С солдатами он и выходил.


                         

                                                                            Михаил Григорьевич Ефремов. 1920

                                                       

Жуков все-таки дал разрешение на выход, но уже тогда, когда вскрылись реки. К тому времени, голод довел многих до крайнего истощения, уже давно были съедены свои ремни и подошвы найденных сапог, лошади конечно тоже... С самолетов сбрасывали мешки с сухарями, но они часто попадали к немцам, и на контролируемые ими участки. Такие сухари часто стоили ефремовцам жизни. Очень страшно писал об этом Симонов, в своих воспоминаниях, которые не разрешили к печати, сразу после их написания...Выжившие в окружении бойцы вспоминали: " голод - страшное дело, страшнее пули, страшнее смерти!" 

Но, несмотря на это армия оставалась армией, не терявшей ни братства, ни человечности, ни чувства локтя, ни способности сопротивляться. По словам ефремовцев - кончались патроны, шли в ход приклады. Суворов говорил - Русская армия славится словом "братцы". А Лев толстой, называл это "духом войск". Дух же ефремовской армии, в большей степени, определялся личностью командарма." "Безусловно, наши потери как в живой силе, так и в технике были очень велики. Гитлер тогда всему миру объявил, что под Вязьмой, немцы взяли только 700 тысяч человек наших войск. По правде сказать, наврал он очень мало, всего лишь не более как на одну сотню тысяч. все кто пропал без вести в 41 году на Смоленщине под Вязьмой - это герои войны, они или были убиты и лежат костьми до сих пор в лесах и болотах, или попав в плен их зверски замучили в лагерях смерти, если кому было не в силах сбежать к партизанам".(из письма участника событий " Вяземского котла" С. Лапухова к дочери начхима С. Коновалова, пропавшего без вести под Вязьмой).

 

Тысячи раненых сковывали марш. Командарм готовил свои войска к прорыву. Приказ № 027. 

338-я не выполнила приказ. Немецкие танки давят обозы с ранеными. Головная группа прорывается в Шумихинский лес. Полки и группы арьергарда сражаются в Шпыревском лесу до последнего... "Бранденбург-800"- специальное подразделение германских вооруженных сил, созданное в 1940 году на основе батальона особого назначения - действовала невероятно жестко. Раненный в Шпыревском лесу после войны считался врожденным уродом(!)...Что писали немцы в своих листовках - "Братцы, сдавайтесь! Тут кормят!" Не сдавались. Суть командарма Ефремова - его человечность, помноженная на высокую офицерскую честь и солдатскую стойкость. Это и влечет к нему пытливые души. И образ командарма Ефремова, любимого солдатского генерала, с годами становится любимым образом в пантеоне героев Великой Отечественной войны. Это правильно. Человек он был штучный. Недаром двадцатилетний в то время, лейтенант, военный переводчик ударной группировки Николай Бунин, впоследствии, ставший после войны известным литературным переводчиком, сказал о нем: " Он был для меня как Чапаев. Я его каждый день в окружении видел, а привыкнуть к этому так и не смог"

Ефремов своей трагической смертью обелил даже тех малодушных, которые в трудную минуту дрогнули и бросили своего командующего, чтобы спастись в одиночку. И, как показывает история, так спаслись многие. Командарм был как магнит, за которым неотступно следовала группа спецназначения из полка "Бранденбург-800". И многие это вскоре поняли...

 

Генерал Ефремов предпочел плену пулю в висок. Тем самым он подтвердил неписаный кодекс русского офицера: когда судьба ставит перед выбором - жизнь или честь, - выбор остается за последним.

Власов сдался немецкому патрулю. Произошло это через три месяца после вяземских событий. Власов имел перед собой пример поступка человека равного ему и по званию, и по должности. Но выбор сделал иной - жизнь.

Каждый выбирает свое...

 

Тело командарма Ефремова было похоронено немцами с отданием всех воинских почестей. Могилу копали военнопленные, которые в это время содержались в церкви села Слободка. Церемонией похорон руководил некий чин в немецкой форме, который хорошо говорил по-русски и переводил присутствовавшему на похоронах генералу. Местные жители называли его "господин Соломон". Кто это был, неизвестно. Возможно, бывший белогвардейский офицер и эмигрант Соломоновский(в документах архивных и доступных, как-то все туманно). Деревенские жители всегда сокращают и упрощают имена и названия до удобопроизносимого минимума. Возможно так и получился из Соломоновского - "господин Соломон"...

Генерал, что отдал распоряжение о торжественных похоронах, произнес речь перед своими солдатами, которые были выстроены тут же, у могилы. Из немецких записей известно что, он сказал следующее: "Вы должны сражаться за Германию так же храбро и мужественно, как этот генерал за свою Россию!"... Затем, через переводчика, немецкий генерал предложил сказать слово пленным. Пленных выгнали из церкви и тоже выстроили напротив. Вышел некий комиссар, или командир, и сказал, что это поражение Красной армии временное, что рано или поздно победа будет нашей. И стал в строй. Немцы, самостоятельно назначили(!) человека из местных жителей, который ухаживал(!) за могилой командарма...как хоронили русских, хорошо известно.. конвенция о военнопленных не соблюдалась только с нами. А тут...Когда, я копалась в архивах, я подолгу не могла спать...

Вязьма и окрестности, наступающими войсками Западного фронта были освобождены 1943 году. Бывший дивизионный разведчик, в то время лейтенант П. Г. Кузнецов, рассказал, что в августе 1943 года он со своей разведгруппой, имея задание произвести разведку местности в районе шоссе Юхнов - Вязьма, вышел к селу Слободка. Немцев в селе уже не было. Они ушли на восток, к Лосьмину, уничтожать оставшихся еще в живых пленных, там был второй, после Дулага концлагерь. Местные жители рассказали, что в селе долгое время работал концлагерь, и указали на здание церкви, обнесенное колючей проволокой. разведчики разбрелись осматривать территорию...Рядом с церковью они и увидели могилу, аккуратно убранную еловыми лапками. Местные жители сказали, что здесь лежит генерал Ефремов, командующий 33-й армией, который погиб прошлой весной в лесу неподалеку от Слободки, и что немцы его похоронили со всеми воинскими почестями


"Кто же был тот немецкий генерал, хоронивший тело командарма?.. найти бы" - все время думала я... и копалась, копалась, копалась в документах... 

Дело в том, что Западная группировка 33-й армии действовала на стыке 4-й полевой и 9-й полевой армий группы армий "Центр". Обороной Вязьмы руководил командующий 9-й армией генерал Модель, точнее генерал-полковник, награжденный Рыцарским крестом с дубовыми листьями, очень жесткий и жестокий. Я изучала его судьбу, мне было интересно. Так вот, в период активных наступательных действий группировок Западного и Калининского фронтов полевое управление 9-й армии находилось в Вязьме(!). Модель был из тех генералов, которые основное время проводили на передовой, непосредственно в воюющих частях. И его приезд в Слободку совпадает документально с похоронами погибшего русского генерала. Район Слободки относился к зоне действий 4-й полевой армии. Но в этот период войска были так перемешаны, что одна из дивизий 9-й полевой вполне могла находиться в стороне от своего фронта. Шла операция по преследованию и уничтожению кочующего котла 33-й армии.

 

Вторая версия. Исследователи истории гибели 33-й армии утверждают, что чином, отдавшим распоряжение похоронить тело командарма Ефремова, был некий генерал Шмидт. А затем уточняют, что это был полковник Артур Шмидт, в то время начальник штаба 5-го армейского корпуса, а затем генерал-лейтенант, начальник штаба 6-й полевой армии фельдмаршала Паулюса. Однако, скорее всего, Артура Шмидта в тот период под Вязьмой уже(!) не было. Но был здесь другой генерал Шмидт - Рудольф Шмидт, генерал-майор, командир 19-й танковой дивизии, которая как раз действовала в этот период против окруженной группировки 33-й армии...

Любопытно и следующее. И Вальтер Модель, впоследствии фельдмаршал, и генерал-лейтенант Рудольф Шмидт покончили с собой также(!), как и генерал Ефремов. 

Окруженные противником - Модель в Рурском районе - союзниками, а Шмидт под Белгородом - нашими танкистами, они застрелились из личного оружия. Почему-то вспоминается фрагмент из "Войны и мира" Л. Н. Толстого, когда Наполеон увидел лежащего среди своих солдат смертельно раненного Андрея Болконского и восхитился красотой его смерти…


Когда все средства были уже исчерпаны, когда командарм почувствовал, что силы могут оставить его и он уже не сможет распорядиться тем, чем еще имел волю распоряжаться, он вытащил из кобуры свой ТТ и приложил к виску…

 

Архив Западной группировки 33-й армии до сих пор не найден. Железные ящики с донесениями из штабов дивизий и боевыми приказами до сих пор лежат где-то в Шпыревском или Шумихинском лесу. И пока документы не найдены, последние дни Западной группировки, судьба штабной группы 33-й армии и командующего генерал-лейтенанта М. Г. Ефремова до конца неизвестны. 

Новые и новые публикации не столько проясняют обстоятельства гибели командарма и штабной группы, сколько увеличивают количество возникающих вопросов, усугубляют их сложность. Не все вышедшие оставили свои воспоминания. Некоторые не сделали этого осознанно. Многие вообще не хотели вспоминать о том, что зимой - весной 1942 года они были в окружении под Вязьмой...Таких много, трудно об этом... Другие теряли самообладание и контроль над собой, когда им напоминали об этом...и таких много.. Психика у людей разная. Другие же оставили воспоминания. Сохранились некоторое количество донесений, написанные бойцами и командирами в те апрельские дни, по выходу их из окружения...Но это все малые крохи, что разрешено архивами Министерства Обороны. В 90 они были открыты, я успела с ними повозиться. Это самая страшная битва за всю историю ВОВ. Битва тайная, несправедливая, покрытая грифом "секретно"до сего дня.

 

За несколько десятилетий, что были подарены Богом - Ефремову после Гражданской войны, он успел закончить две академии - Военно-политическую и Военную им. М.Фрунзе. Ефремов всегда читал, всегда с ним были журналы и всегда книги. Он, сын батрака, родившийся в Калужской, на тот момент губернии, своей природной одаренностью, собственным умом и трудом, сотворил себя эрудитом, и даже энциклопедистом. Его человеческие качества не поддаются сомнению. Заслуженность, память в сердцах людей, теперь уже - поколений, не достигается количеством наград, полученных при жизни. Память нельзя закрепить, как оказывается, и количеством памятников(!). Вот генералу М. Г. Ефремову поставлен только один(!) ОДИН памятник. Один (!!!). Памятник сделан из гильз и снарядов... местные жители несли и несли. несли и несли их собирая на израненной вяземской земле для памятника великому человеку. По прошествии определенного времени, с памятью о том или ином человеке происходит нечто такое, что не поддается логике рассуждений, которая обычно и служит основным орудием историков и историков-идеологов. Начинают действовать внутренние силы и законы. Накипь условностей опадает. Остается, как после паводка, самая суть пейзажа, рельефа, прежде скрытого под водой. Проступают и все подводные камни, и все мели, и ямы, и заповедные родники, и порванные верши, которыми пытались уловить ту или иную рыбу…

Остается самая суть. Она выпукла, очевидна..

 


     Когда подъезжаешь к полю памяти в Вязьме, с дороги видно большое плоское пространство, по которому раскиданы памятники...Мы бываем там часто с мужем и детьми, иногда вдвоем с подругой...   


                 


Сначала, проходишь по аллее с простыми черными плитами, на которых перечислены в огромном количестве полки, дивизии, роты, ополченцы, оставшиеся тут навсегда. 






У подножия холма две стелы. Одна словно пика уходит, устремляется в небо. Неподалеку стоит еще один памятник - огромная каменная глыба. А вокруг - сплошь правильные прямоугольники братских могил с ржавыми касками аккуратно положенными сверху. Какая каска защитит от шквального огня?! 


               


На одной могиле, стоят рядом, вместе словно братья, черный обелиск со звездочкой и деревянный крест. На обелиске перечислены всего пять имен из 164 человек, похороненных здесь, только пять имен удалось установить. На этом месте была мясорубка. На этом месте была самая большая бомбардировка за всю историю войны. Не в Дрездене стертом с земли, нет. Она была тут! 

А сейчас там тишина. Тишина и только кукуют кукушки, как символ жизни, словно мерные маятники... К тому месту примыкает село Богородицкое... вот и маленькая часовенка, и дом батюшки Даниилла, с которым мы по Божьей милости дружны. Уйдешь бывало побродить в этой умиротворяющей тишине, между домиков и стогов заготовленного на зиму сена, рассматривая поленницу и само маленькое поселение, видишь как отец Даниилл, выходит из дому и с улыбкой слегка поклонится и всегда перекрестит нас - добрый батюшка. 




Хранитель этих мест и этих душ, каждый день он совершает чин в честь погибших там. Начинает всегда с генерала. 

Молчание хранит эта многострадальная земля, которую своим телом защищали наши предки. И главной правдой всегда будут несколько миллионов погибших лежащих здесь. Ведь каждый пятый за всю историю ВОВ! КАЖДЫЙ(!) ПЯТЫЙ(!), только вдумайтесь в масштаб этих потерь, погиб в Вяземском Котле! 

Нелегко складывались судьбы бывших ефремовцев. Особенно тех, кто вернулся из плена. Но все же их миновала чаша солдат 2-й Ударной. Они были солдатами генерала, выполнившего свой долг до конца. 28 сентября 1952 года по решению Советского правительства прах генерал-лейтенанта М.Г. Ефремова со всеми воинскими почестями перенесен из села Слободка на воинское кладбище в Вязьму. 


                                                1952. Вязьмичи следуют за гробом генерала

Запоздавшее звание Героя Советского Союза, уже Героя Российской Федерации было присвоено генерал-лейтенанту Ефремову Михаилу Григорьевичу посмертно, и только в 1996 году. Сколько еще хочется рассказать... И о самой Угре, воды которой были красными от пролитой человеческой крови и о многом другом... когда нибудь я напишу и об этом...Благодаря таким людям как генерал, стоит Москва, мы дышим и мы родились! Мы родились! Я родилась! Мы встречаем Пасху(в 45 году она была 6 мая - День Георгия Победоносца). Мы празднуем победу!.. Но об этом мало кто знает. 

Потому, помяните добрым словом великого человека, русского полководца Ефремова в этот славный и горький одновременно для всех нас день!


Здесь раньше вставала земля на дыбы, 
А нынче - гранитные плиты. 
Здесь нет ни одной персональной судьбы - 
Все судьбы в единую слиты...

В. Высоцкий

С Днем Победы! 



             1940. Прямо за Ефремовым - мой дедушка, рядом с Ефремовым Буденый 


Посвящаю своему деду, молчаливому, доброму, любимому, родному. Служившему и с Ефремовым и с Лукиным. Офицеру - одному из немногих выживших в Вяземском Котле, в вяземской мясорубке... Он вывел своих людей из окружения, с невероятными потерями конечно, о которых скорбил всю свою жизнь...Трижды был ранен. А после, был назначен восстанавливать разрушенный город. Ефремов не выжил, и память о нем не велика, историки занимаются его судьбой и всей операции Тайфун по сей день, документы о тех событиях до сих пор под грифом "секретно". Я должна об этом писать. 





  Фотоматериалы предоставлены автором



Copyright PostKlau © 2017

Категория: Лурье-Варгас Наталия | Добавил: museyra (08.05.2017)
Просмотров: 72 | Теги: традиции, СТОИТ ВСПОМНИТЬ, Лурье-Варгас Наталия | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: