Главная » Статьи » Традиции » Саидов Голиб

Г.Саидов. Бухарские миражи. Часть 1

ГОЛИБ САИДОВ



          Бухарские миражи. Часть 1
                       

     К какому жанру можно отнести очередной опус? Справочник, путеводитель, мемуары, эссе? Вряд ли. Правильнее, все-таки, этот сборник можно было бы назвать "Записками бухарца", навеянными личностным восприятием окружающего мира и пропущенными через сердце. Основная мысль - путём сопоставления прошлого и настоящего, попытаться обратить внимание на незыблемость и постоянство тех непреходящих духовных ценностей, что проповедовались лучшими умами человечества. Чтобы, наконец-то, повернуться лицом к самому себе и задать самый главный вопрос в этой жизни: "А для чего, собственно, я живу на этом свете? Какова моя роль? В чем заключается моя миссия и как мне прожить так, чтобы по завершению жизненного пути меня не терзали совесть, душевные муки и сомнения...

        "Ну вот, - подумалось мне, - опять вышло пафосно и слишком нравоучительно ".   Впрочем, лучше отложить это бесполезное занятие и постараться во всем положиться на Того, кто заставил меня собрать разрозненные мысли, заговорить и написать об этом, ибо, как верно подмечено мудрыми людьми: "Человек предполагает, а Бог - располагает".  А потому, делайте выводы сами. И если в какой-нибудь момент, хоть один только единственный раз вы почувствуете, что в вашей душе или в вашем сердце что-то такое шевельнулось, что заставило вас по-новому взглянуть на себя со стороны, то поверьте, я буду счастлив


                                         ВСТУПЛЕНИЕ
        «Не ищите напрасно той Бухары, о которой так живописно и красочно поведал нам некогда Л. Соловьёв в своей замечательной книге „Повесть о Ходже Насреддине". 
        Не тратьте зря своё время, расспрашивая стариков про названия кварталов, которые так подробно и добросовестно описала в середине XX-го века в своей монографии известный востоковед О. Сухарева. 
        Не пытайтесь искать благообразных седобородых старцев, учеников и потомков суфийских шейхов, обследуя окрестности комплекса Бахауддина Накшбанди, расположенного к югу от Бухары. 
        Прекратите нарушать покой усопших на кладбище Имама Абухавси Кабир, тщетно надеясь среди скромных  могил и надгробий повстречать каландара или дервиша с деревянным посохом и отличительной остроконечной шапкой на голове. 
        Не стоит зря закидывать свою голову кверху, в надежде увидеть белого аиста, гордо восседающего в своём высоком гнезде, сооружённом на верхушке пятисотлетнего тутового дерева, расположенного у Ляби-Хауза, на вершине минарета Калян или кобальтовых куполах мечети Мир-и-Араб. Последний аист покинул некогда Благородную Бухару в конце 70-х годов прошлого века. 

        Все это бесполезно. Бухара уже давно умерла. Окончательно и бесповоротно. И не нужно тешить себя былым величием некогда славной цивилизации, миражами, надеждами на несбыточные мечты и строить иллюзии».

        Вот такую, или приблизительно такую неутешительную и суровую оценку дал нынешнему состоянию Бухары один из моих близких приятелей — знаток, специалист и признанный авторитет в области краеведения и истории среднеазиатских народов. И как мне ни больно слышать такую характеристику, как бы я ни старался найти и поставить в противовес альтернативную и оптимистически выдержанную картину, всё же, во многом, если исходить из объективных реалий, сложившихся к сегодняшнему дню, я вынужден был согласиться с его утверждением. 
        И действительно: как в сегодняшней Одессе непросто найти настоящего одессита, как в Петербурге — отыскать настоящую питерскую семью — достаточно сложная задача, так и в самой Бухаре не так то просто найти с десяток-другой настоящих бухарских семей, бережно сохраняющих и передающих своим детям культурное наследие и традиции, которые и составляли в своё время славу и величие некогда Благородной Бухары.

         "Лицом к лицу лица не увидать,
         - Большое видится на расстоянии..." 

        - сказано известным поэтом С.Есениным. И это очень верно: только очутившись в 1984 году в России и прожив почти четверть века в Ленинграде-Петербурге, я стал с годами нежнее относится ко всему тому, что связано с Бухарой. К памятникам старины, на которые смотрел некогда сквозь пальцы, настолько привыкнув к ним, что почти не замечал их. Гуляя сегодня вдоль набережной Невы и любуясь прекрасной панорамой города, я ловлю себя на мысли, что, наверное, точно также и питерцы, в тысячный раз проходящие через Александровский сад и не обращающие внимания на примелькавшийся памятник "Медному всаднику" и далее - на величественный Исаакиевский собор, тоже не отдают себе отчёта в том, что живут рядом с "живой историей", которой так будет недоставать, случись им надолго покинуть родной город. 
        И хоть мне трудно не согласиться с моим товарищем в его оценке, даваемой сегодняшней Бухаре, что-то меня все-таки удерживает полностью разделить столь пессимистический взгляд. Потому, что не всегда внешние видимые процессы отражают истинное состояние того или иного города или региона. Мне кажется, что настоящую оценку можно дать лишь со временем, лет через пятьдесят-сто, не раньше. Вот почему я с тревогой, надеждой и со слабым оптимизмом смотрю в будущее Бухары. Вот почему я решил поделиться с вами тем, что имею в своём скудном хурджине-мешке, чтобы и вы со мной улыбнулись, порадовались или взгрустнули о том, что собираюсь вам поведать. 
        И пусть, приехав в Бухару и пройдя по улочкам старого города вы не найдёте того, чего ожидали увидеть. Не нужно разочаровываться. И не усматривайте в этом моей вины. Поверьте, всё, о чем я расскажу вам ниже, всё это есть и никуда не исчезало. Только не для всех Бухара готова раскрыть свои тайны и прелести. Потому что она не терпит высокомерия и хвастовства, гордыни и самодовольства, тщеславия и снобизма. Покоритесь и самоуничтожьтесь, покайтесь и припадите низко к её стопам. Так низко, чтобы смешаться со священной пылью грязных дорог и раствориться в безвестности. Чтобы не осталось ни капли своего эго, своего "я". И быть может тогда она позволит вам лишь немножко, приоткрыть завесу истинности и святости, оберегающей многие тысячелетия и дающей полное право именоваться Бухоро-и-Шариф, то есть "Благородная Бухара". 
        И если вам повезёт, очень возможно, что вы познакомитесь с настоящей бухарской семьёй, отличающейся не только своим гостеприимством, щедростью и открытостью, но и самыми главными качествами истинных бухарцев - скромностью, деликатностью и своеобразным оригинальным юмором. 
        И тогда вы не только увидите настоящую Бухару, но и полюбите её всем сердцем, потому, что она умеет быть благодарной и хранить верность и дружбу долгие века. Оставляя взамен вам Надежду. Надежду на новую встречу, надежду на новые свершения, надежду на лучшую и достойную человека жизнь. Ведь надежда всегда умирает последней. 


Пролог 

         "Вкушая, вкусих мало мёду
         И се аз умираю..." 
         (Библия, I Книга царств, XIV, 43)


        Последние минуты перед приземлением показались мне вечностью. Самолёт то бросало вверх, то внезапно кидало вниз, то резко кренило на бок. Отрывисто вздрагивая своими длинными и, казалось, слишком хрупкими крыльями, которые в любую секунду готовы были треснуть и обломиться, он шёл на посадку, совершая замысловатые и нескончаемые повороты, ужасающе кренясь и заставляя трепетать несчастное сердце в едва живом теле. 
        Наконец, я почувствовал, как колеса-шасси вздрогнули, коснувшись земли, и самолёт, превратившись уже из "птицы" в мощный и ревущий автомобиль, понёсся по бетонной полосе бухарского аэропорта, бешено отсчитывая последние метры, под восторженный всплеск аплодисментов, вырвавшихся из недр пассажирского салона. 
        - А зачем они хлопают? - изумился мой сын, кивая на довольных пассажиров. 
        - Благодарят экипаж самолёта за удачный полет и посадку - почти не задумываясь ответил я. 
        - А если она будет неудачной? 
        - Тогда хлопать будет некому - грустно вывел я заключение...


        Я жутко боюсь высоты и самолётов. И в то же время меня изумляет и восхищает - как, такая тяжёлая железная махина может свободно парить в воздухе. Сразу вспоминается рассказ В.Шукшина "Верую", в котором невозможно без улыбки слушать рассуждения одного из его персонажей: 
        - Ты самолётом летал? - спросил поп. 
        - Летал. Много раз. 
        - А я летел вот сюда первый раз. Грандиозно! Когда я садился в него, я думал: если этот летающий барак навернётся, значит, так надо. Жалеть и трусить не буду. Прекрасно чувствовал себя всю дорогу! А когда он меня оторвал от земли и понёс, я даже его погладил по боку - молодец. В самолёт верую...


        Только очутившись в салоне самолёта и находясь на высоте десять тысяч метров над землёй, я наконец-то явственно ощутил - насколько беспомощен и жалок человек, находящийся под властью неких высших сил и насколько он не в состоянии никак изменить не только текущего положения дел, но даже хоть как-то повлиять на свою собственную судьбу, защитить её, надёжно обезопасить себя. Каждую секунду в голове прокручиваются различные варианты сценариев дальнейшего хода развития событий, естественно, - с самым мрачным финалом. Мозг постоянно находится в напряжении и это сильно утомляет и подтачивает нервную систему. Я всё это прекрасно понимаю. И в то же время, ничего с собой поделать не могу. 
        А вокруг сидят "беспечные" люди и едят, пьют, смеются, словно их это абсолютно не касается. Будто они находятся не в воздухе, а на земле. Впрочем, если крепко задуматься, то ещё неизвестно, где лучше с точки зрения безопасности - в воздухе или на земле? К примеру, одного из персонажей нашей истории не спас даже самый надёжный бункер, когда пришлось расплачиваться по "гамбургскому счету". 
        Почему-то вспомнилась притча из Евангелия от Луки (гл.12, ст.16 - 21): 


        16. И сказал им притчу: у одного богатого человека был хороший урожай в поле; 
        17. и он рассуждал сам с собою: что мне делать? некуда мне собрать плодов моих. 
        18. И сказал: вот что сделаю: сломаю житницы мои и построю большие, и соберу туда весь хлеб мой и всё добро мое, 
        19. и скажу душе моей: душа! много добра лежит у тебя на многие годы: покойся, ешь, пей, веселись. 
        20. Но Бог сказал ему: безумный! в сию ночь душу твою возьмут у тебя; кому же достанется то, что ты заготовил? 
        21. Так бывает с тем, кто собирает сокровища для себя, а не в Бога богатеет.


        Все это наводит на мрачные мысли о бренности нашего бытия, о тщетной суетности человека и располагает к философским размышлениям. 
        А мир, тем временем, разделился на враждебные друг другу блоки, альянсы и группировки и враждует между собой: по национальным, конфессиональным, расовым, социальным и иным признакам. Одни страны держат равнение на Россию, Россия, в свою очередь, непременно подчёркивает, что она вот-вот сольётся с Европой, ну а Европа, стало быть, вне всякого сомнения, является эталоном цивилизованного общежития и образцом для подражания. И это несмотря на то, что со времени серии террористических актов, она (я уже не говорю об Америке) ввела ряд законов, существенно ущемляющих права граждан, то есть, попирая те самые принципы, поборником и защитником которых себя некогда провозгласила. Теперь же, не найдя разумного решения борьбы с терроризмом, она вынуждена принимать законы, ущемляющие права собственного народа. Но самое поразительное - народ с "пониманием" относится к принимаемым наверху решениям. Смешно и одновременно грустно. 

        Ещё грустнее осознавать свою беспомощность, когда речь заходит об Азии, её среднеазиатском регионе и о странах, образовавшихся на бывшем постсоветском пространстве. Стереотипы, сложившиеся относительно истории народов, заселяющих территорию современной Средней Азии, выглядят и вовсе удручающе.
        Безграмотность, ещё простительная для обычного обывателя, чуть ли не поголовно охватила в после "перестроечное" время и всю журналистскую братию, пишущую на данную тему. Пишут все, кому не лень, причём настолько безответственно, что просто диву даёшься! 
        Взять, хотя бы, такую проблему, как противопоставление одной нации другой. По моему глубокому убеждению такой проблемы не существовало ранее. Она могла возникнуть только на политической почве, когда законные правительства были свергнуты и на смену им пришла ленинская гвардия, с её идеологической составляющей и, соответственно, вытекающим отсюда решением "о национальном размежевании..." и последующей за этим политической чехардой, закончившейся в истинно большевистском духе - гонениями, репрессиями и расстрелами лучшей части народа. 
         Я рос и воспитывался в обыкновенной бухарской семье, а это означает, что начиная с колыбели, мог слушать исключительно таджикскую речь. Потом, уже став немного старше, также органично в наш дом вошли и остальные языки: русский, узбекский, татарский, еврейский. Потому, что наш 16-ти квартирный дом напоминал собою настоящий Вавилон: в этом "котле варилось" более десятка национальностей. 
        С детских лет, сколько я ни старался, осилить узбекский язык, мне этого не удалось, о чем я теперь искренне сожалею. По "родному" языку (читай - узбекскому Г.С.) у меня стояла незаслуженно завышенная учителем "тройка" 
        А ведь, узбеки и таджики несколько столетий жили сообща, не делая никаких различий по этническому принципу. Для того, чтобы убедиться в этом, достаточно было заглянуть в любой из кварталов Бухары. Да что там - кварталы? На нашей лестничной площадке, состоящей из трёх квартир, жили арабы, узбеки и таджики. 
        Помню, как я доставал мучившими меня вопросами отца. Он неизменно хмурился, заслонялся от меня газетой и говорил мне, чтобы я поменьше задавал "ненужных" вопросов, а лучше шёл бы, учить свои уроки. 
        Один урок я выучил на всю жизнь: политика - это грязь, со всеми вытекающими отсюда последствиями. 
        Сегодня мне искренне жаль оба несчастных народа, которые на протяжении всей истории мирно сожительствовали рядом и "варились в общем котле", дополняя друг друга своими лучшими качествами, пока на арену мировой истории не выскочили безответственные политики и волна оголтелого национализма и шовинизма не захлестнула этот несчастный регион. 
        Теперь, одни "интеллектуалы" плачут, что у них отняли Бухару и Самарканд, другие же - вынуждены изворачиваться и придумывать всякого рода легенды, притягивая факты "за уши", чтобы хоть как-то оправдаться в глазах не предвзятого историка. У итальянцев есть в ходу неплохая поговорка: "Время - самый честный человек". Что ж, к сказанному добавить нечего. 
        Мне думается, что это слишком деликатная тема для того, чтобы её можно было толковать, кому как вздумается и, следовательно, подходить к ней необходимо со всей осторожностью, поскольку малейшая неточность в интерпретации каких-либо фактов, с вытекающими из этого последствиями, пойдёт не во благо общему делу двух народов, а наоборот – лишь, будет "лить воду на мельницу" всякого рода экстремистам, фанатично настроенным элементам и некоторым политикам, которые ради достижения своих узких интересов, готовы наплевательски отнестись к судьбе собственного народа. А несчастный народ и без того уже настрадался за последние десятилетия и достоин лучшей участи. 
        Оставим, однако, политику в покое. Тем более, что я призываю вас к совсем другому: давайте вместе пройдёмся по старым улочкам древнего города и поразмышляем о вечном, едином, нерушимом; одним словом, над тем, что объединяет каждого из нас, независимо от расовых, национальных, конфессиональных и иных различий. 

Продолжение следует...



Изданные книги Голиба Саидова


Выпуск  февраль 2015 

Copyright PostKlau © 2015     

Категория: Саидов Голиб | Добавил: museyra (04.01.2015)
Просмотров: 576 | Комментарии: 1 | Теги: традиции, Саидов Голиб | Рейтинг: 5.0/2
Всего комментариев: 1
1  
Интересно написано. Жду продолжения. Постройки на последнем фото как инопланетные. Неужели такое строили в древности и какого оно назначения?

Имя *:
Email *:
Код *: